Рассматриваемый Законопроект представляет собой компиляцию законопроектов, разрабатывавшихся ранее под эгидой Минэкономики России и Минпромторга России. Замечания по Законопроекту сводятся к следующему.
1. Сфера применения Законопроекта сформулирована неопределённо.
Из Законопроекта неправомерно исключено регулирование розничных рынков (см. пункт 3 части 4 ст.1) и, по существу, сферы общественного питания, в которой широко реализуется не только собственная продукция, но и готовые товары (промышленного производства).
Из-за исключения из Законопроекта правового регулирования оборота так называемой продукции «производственно-технического назначения» (см. пункт 4 части 4 ст.1) создаётся правовая неопределённость (если не сказать хаос) в регулировании торговой деятельности. Это обусловлено тем, что значительная часть продукции, реализуемой населению через систему розничной торговли, является продукцией двойного назначения и используется одновременно на промышленную переработку (пищевая продукция, строительные материалы, товары бытовой химии, металлопродукция, посудохозяйственные товары, ткани, меха, галантерейные товары, топливо, пиротехническая продукция, многие электротовары, в том числе электроарматура, автомобили, плавсредства, лекарственные средства, изделия медицинского назначения и т.д.).
Законопроект оперирует специфическими понятиями, определения которых отсутствуют («ярмарка», «выставка», «выставка-ярмарка», «продукция производственно-технического назначения», «ассортимент товаров», «товары одного класса», «уровни обеспеченности населения торговой площадью», «нормативы обеспеченности населения торговой площадью», «торговые места на ярмарках», «места для размещения торговых объектов»). Это недопустимо.
2. Название Законопроекта, а также норма части 1 ст.1, не соответствуют его последующему содержанию, так как в Законопроекте содержатся не только нормы о государственном регулировании торговой деятельности, но и о регулировании этой деятельности органами местного самоуправления, которые, в соответствии со ст.12 Конституции РФ, не относятся к органам государственной власти.
3. Принцип поддержания единого экономического пространства, провозглашённый в пункте 1) части 2 ст.1 Законопроекта, не может быть реализован. Напротив, введение данным Законопроектом права субъектов Федерации на законодательное регулирование торговой деятельности (см. часть 3 ст.1, часть 1 ст.3, ст.6, часть 2 ст.11 и др. Законопроекта) приведёт к разрушению этого экономического пространства, установлению региональных административных барьеров в сфере торговой деятельности. Кроме того, передача субъектам Федерации права на законодательное регулирование торговой деятельности противоречит пунктам ж), о), р) ст.71 Конституции Российской Федерации, ст.1 Закона РФ «О защите прав потребителей».
4. Ряд норм Законопроекта приведёт к дискриминации малого и среднего бизнеса.
4.1. Так, предоставление права на размещение нестационарных торговых предприятий (павильонов, палаток, киосков) предполагается продолжать путём проведения торгов (см. часть 2 ст.12 Законопроекта). При этом критерии проведения торгов в виде конкурса или аукциона отсутствуют (см. пункт 4.5. настоящего заключения).
Одновременно, по существу, узаконивается негласное и неподконтрольное обществу распределение дефицитных объектов недвижимости для крупных торговых предприятий.
4.2. Для нестационарных торговых объектов вводится и другое дискриминационное условие: в пункте 1 части 3 ст.8 Законопроекта закреплено право хозяйствующего субъекта самостоятельно определять «порядок и условия осуществления торговой деятельности». Одновременно, согласно части 6 ст.8, данное право для хозяйствующих субъектов, торгующих в нестационарных торговых объектах, по существу, аннулируется. Для этого введена правовая норма о возможности установления в договоре на право размещения и использования нестационарного торгового объекта иных порядков и условий торговли. Причём, по-видимому, это правило вводится в одностороннем порядке, по воле владельца земельного участка, на котором устанавливается такой нестационарный торговый объект (здания для размещения нестационарного торгового объекта). Реализовать такое ограничительное условие на практике несложно, достаточно инкорпорировать его в условия торгов на размещение нестационарного торгового объекта.
4.3. Норма о направлении уведомления о начале торговой деятельности (ст.10 Законопроекта), с точки зрения дебюрократизации торгового процесса, является формальностью. Фиктивность «уведомительства» касается в первую очередь предпринимателей, реализующих продукцию через нестационарные торговые предприятия («торговые объекты»), поскольку для осуществления торговой деятельности им недостаточно направить уведомление, а надо ещё выиграть торги на получение права размещения нестационарного торгового объекта, если собственником недвижимости для размещения такого объекта является государственная или муниципальная власть.
4.4. Часть 4 ст.11 Законопроекта устанавливает квоту в размере «не менее пятидесяти процентов мест от их общего количества для размещения торговых объектов, используемых субъектами малого и среднего предпринимательства, осуществляющими торговую деятельность». Однако неясно, что имеется в виду под термином «место». Если это – земельный участок, без учёта его размеров, то эта норма Законопроекта является фикцией, поскольку одно крупное торговое предприятие обычно занимает площадь гораздо большую, чем десятки мелких торговых предприятий. Таким образом, такое процентное соотношение количества «мест» в действительности не только не защитит интересы малого и среднего бизнеса, но и позволит осуществлять его дальнейшее вытеснение из торговли.
4.5. Часть 2 ст.12 Законопроекта не устанавливает критериев для выбора соответствующей формы торгов – конкурса или аукциона с целью получения права на размещение нестационарного торгового объекта. В связи с этим, с высокой степенью вероятности, можно предполагать, что основной формой торгов будет аукцион. Это – ещё один фактор, направленный на вытеснение из торговли малого бизнеса, который не может конкурировать имущественными возможностями с крупным и средним бизнесом.
4.6. Норма части 4 ст.13 Законопроекта о том, что торговые места на ярмарках предоставляются в том числе гражданам, занимающимся садоводством и пр., некорректна, так как не позволяет защищать интересы мелких отечественных производителей. Можно формально числиться лицом, занимающимся сельским хозяйством, и при этом реализовывать преимущественно импортную агропродукцию (что происходит в настоящее время сплошь и рядом). Если бы норма была сформулирована корректно, то следовало бы записать, что торговые места на ярмарках предоставляются в первую очередь (преимущественно) мелким и средним отечественным производителям, реализующим продукцию собственного производства.
5. Неясно, с какой целью собирать уведомления о начале торговой деятельности, дублируя сбор информации, осуществляемый налоговыми органами и органами статистики. Учитывая значительное количество предпринимателей, занятых в торговой отрасли, такая информация будет стареть быстрее, чем собираться и обобщаться, особенно учитывая предусмотренный Законопроектом бюрократический характер её пересылки в органы власти субъектов Федерации и органы местного самоуправления через федеральный орган исполнительной власти (ст. 23 Законопроекта). Средства на актуализацию (поддержание в рабочем виде) таких баз данных значительно превысят их ценность с точки зрения государственного регулирования отрасли.
К тому же этот «уведомительный» порядок обременителен из-за ненужных затрат времени и средств как хозяйствующих субъектов, так и государства.
6. Законопроект содержит значительное количество избыточных норм:
6.1. часть 5 ст.1 Законопроекта содержит повествовательную запись о действующем законодательстве, регулирующим отношения в торговле;
6.2. определения специализированной и универсальной торговой деятельности (абзацы пятый, десятый ст.2 Законопроекта) излишни, так как никаких специальных и содержательных норм в отношении этих понятий Законопроект не содержит;
6.3. определение оптовой торговли (абзац третий ст.2 Законопроекта) является избыточным, так как никаких самостоятельных (отличных от розничной торговли) норм, регулирующих оптовую торговлю, данный Законопроект не содержит.
6.4. пункт 4 части 2 ст.8 Законопроекта, устанавливающий, что «хозяйствующий субъект, осуществляющий торговлю, вправе самостоятельно определять специализацию торговли (универсальная торговля и (или) специализированная торговля)», избыточен. Хозяйствующему субъекту и без этих норм разрешено всё то, что не запрещено;
6.5. определение понятия «торговая сеть» (абзац восьмой ст.2 Законопроекта) избыточно, так как норма пункта 7 части 2 ст.8 Законопроекта о том, что хозяйствующий субъект может осуществлять торговлю через торговые сети, не нужна, если такая торговля не запрещена.
6.6. введение понятия «торговый объект» (абзац девятый ст.2 Законопроекта) излишне. Достаточно определения понятия «предприятие», данного в ст.132 Гражданского кодекса Российской Федерации.
6.7. нормы части 2 ст.3, части 2 ст.6 и др. Законопроекта, устанавливающие полномочия органов местного самоуправления в части создания условий для развития торговли, избыточны, так как соответствующие правоотношения урегулированы пунктом 10 части 1 ст.14, пунктом 18 части 1 ст.15 и др. Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».
6.8. пункт 2 части 1 ст.5 Законопроекта устанавливает право Правительства РФ определять уровни обеспеченности населения торговой площадью и субъектов РФ – нормативы той обеспеченности. Данное нормирование представляется избыточным. Максимум, что было бы целесообразно – устанавливать нормативы минимального обеспечения населения торговой площадью для продажи товаров первой необходимости;
6.9. статья 7 Законопроекта (деятельность саморегулируемых организаций) не содержит никаких новых норм по сравнению с теми, что уже имеются в Федеральном законе «О саморегулируемых организациях»;
6.10. часть 1 ст.8 Законопроекта, повествует о порядке осуществления торговой деятельности, ничем не отличающемся от порядка осуществления любой предпринимательской деятельности. Этот порядок уже урегулирован действующим федеральным законодательством о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей;
6.11. часть 2 ст.8 Законопроекта, которая содержит фрагментарный перечень прав хозяйствующего субъекта, занимающегося торговой деятельностью, избыточна и юридически некорректна, так как по таким вопросам в федеральном законодательстве могут содержаться только запреты или ограничения (действует принцип «разрешено всё то, что не запрещено»). В противном случае права хозяйствующего субъекта, перечисленные в этой норме, оказываются урезанными по сравнению с реально действующими правами;
6.12. часть 4 ст.8 Законопроекта упоминает об ограниченных режимах реализации отдельных видов товаров, ограниченных в обороте. Эта норма не только избыточна, но и тавтологична;
6.13. норма части 7 ст.8 Законопроекта является избыточной в части безадресного упоминания возможного ценового регулирования, устанавливаемого отдельными федеральными законами;
6.14. часть 8 ст.8 Законопроекта содержит положения о том, что хозяйствующие субъекты, действующие в сфере торговли, обязаны соблюдать нормы действующего законодательства. Это - избыточная норма, так как если соответствующие требования законодательно установлены, то хозяйствующие субъекты обязаны соблюдать эти требования сами по себе, а не в силу данной нормы Законопроекта;
6.15. часть 2 ст.9 Законопроекта содержит ссылку на часть 7 ст.8 Законопроекта, но в последней норме нет самостоятельных требований. В связи с этим в указанной части норма части 2 ст.9 Законопроекта избыточна;
6.16. часть 3 ст.9 Законопроекта разрешает поставщику выплачивать покупателю продовольственных товаров премию за приобретение покупателем у поставщика определенного количества продовольственных товаров. Если это не запрещено, то и данная норма Законопроекта избыточна. То же относится к скидкам для покупателя;
6.17. абзац первый части 7 ст.9, устанавливающий, что рекламные, маркетинговые и иные услуги, направленные на продвижение продовольственных товаров, могут оказываться хозяйствующим субъектом, осуществляющим торговую деятельность, на основании договоров оказания соответствующих услуг, избыточен. Такие права у хозяйствующих субъектов имеются и в настоящее время;
6.18. норма части 2 ст.15 Законопроекта избыточна, так как повторяет существо нормы части 4 ст.11 ФЗ «О защите конкуренции».
7. В Законопроекте для торговой деятельности применены разные классификации. Помимо деления торговой деятельности на оптовую и розничную торговлю, упоминаются такие классификационные признаки, как ярмарочная торговля, специализированная торговая деятельность, универсальная торговая деятельность, торговля в стационарных и нестационарных торговых объектах и пр. Одновременно соотношение этих понятий в Законопроекте отсутствует.
8. Нормы пункта 3 части 3 ст.8, части 7 ст.9 Законопроекта неоправданно вторгаются в сферу действия Федерального закона «О рекламе».
9. Нормы статьи 15 Законопроекта (антимонопольные требования) должны касаться любых видов торговли, а не только торговых сетей;
10. Законопроект изобилует противоречиями действующему федеральному законодательству.
10.1. Часть 5 ст.8 Законопроекта определяет право органов исполнительной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления (в случае осуществления торговли государственными и муниципальными торговыми организациями) устанавливать порядок и условия торговли по решению их учредителей - соответствующих органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органов местного самоуправления. Это противоречит части 4 ст.66 Гражданского кодекса РФ, пункту о) ст.71 Конституции РФ, ст.1 Закона РФ «О защите прав потребителей».
10.2. Часть 1 ст.3, пункт 2) части 1 ст.6 Законопроекта делегирует субъектам РФ право на законодательное и иное нормативно-правовое регулирование торговой деятельности, что противоречит пункта ж), о), р) ст.71, статье 74 Конституции Российской Федерации.
10.3. Пункт 4 части 2 ст.5 Законопроекта не соответствует части 3 ст.55 Конституции РФ, так как вводит право Президента РФ и Правительства РФ издавать акты, создающие властные полномочия федеральных органов исполнительной власти в отношении неопределённого круга третьих лиц.
10.4. Пункт 4 части 1 ст.6 Законопроекта устанавливает право субъектов Федерации осуществлять информационно-аналитическое наблюдение за состоянием рынка товаров и торговой деятельности на территории субъекта Российской Федерации. В соответствии с пунктом р) статьи 71 Конституции РФ официальный статистический учёт является предметом исключительного ведения Российской Федерации. Согласно принципу конституционности предметы исключительного ведения не передаваемы. Если имеется в виду сбор какой-либо иной информации на уровне и за счёт средств субъектов РФ, то он не нуждается в дополнительном законодательном регулировании на федеральном уровне. Вопросы прав собственности на такую информацию и оборота такой информации урегулированы в Федеральном законе «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».
10.5. Абзац второй части 2 ст.6 Законопроекта являет собой попытку делегировать полномочия органов местного двум субъектам Федерации – гг.Москве и Санкт-Петербургу путем законодательного регулирования распределения полномочий этими субъектами Федерации между собой и органами местного самоуправления. Эта норма противоречит статьям 130-133 Конституции РФ.
10.6. Часть 1 ст.9 Законопроекта, содержащая требования к хозяйствующим субъектам, осуществляющим торговую деятельность, размещать в сети Интернет условия договоров поставки (а по существу, закупки) продовольственных товаров, не соответствует основаниям ограничения гражданских прав, определённых в абзаце втором части 2 ст.1 Гражданского кодекса РФ, и, соответственно, части 3 ст.55 Конституции Российской Федерации.
10.7. Требование части 3 ст.9 Законопроекта о согласовании поставщиком и покупателем размера вознаграждения (скидки) только при заключении (во время заключения) договора поставки противоречит абзацу второму части 2 ст.1 ГК РФ и части 3 ст.55 Конституции РФ.
10.8. Нельзя согласиться с нормами частей 4 и 5 ст.9 Законопроекта.
Во-первых, фраза «оплата товаров через определённое время после передачи их покупателю» сформулирована двусмысленно, так как неясно, имеется в виду передача товаров оптовому покупателю (по договору поставки) или розничному покупателю – конечному потребителю (по договору розничной купли-продажи).
По этой же причине неясно, кого считать продавцом «по договору поставки», так как таким продавцом может выступать как изготовитель (в договоре поставки между изготовителем и оптовым покупателем), так и оптовый продавец (в договоре поставки между оптовым продавцом и розничным продавцом).
Во-вторых, если устанавливаются ограничения по алкогольной, табачной продукции и консервам, то неясно, почему в отношении консервов нет оговорок в пунктах 1)-3) части 4 рассматриваемой статьи. Существуют различные виды консервов, в том числе пресервы, срок годности которых существенно варьируется.
Кроме того, неясно, как в этом случае быть с таким видом алкогольной продукции, как пиво, на которое устанавливаются различные сроки годности (консервированное пиво или розливное - непастеризованное или не консервированное иным способом пиво).
Норма об установлении предельного срока оплаты (75 рабочих дней) не соответствует ст.516 ГК РФ. В соответствии со статьёй 516 ГК РФ сроки оплаты поставленных товаров определяются договором. Исходя из этого, следует констатировать, что норма об установлении предельного срока оплаты сформулирована юридически некорректно. Если приводить её в соответствие со статьёй 516 ГК РФ, то она должна быть изложена в следующей редакции: «… подлежат оплате в соответствии со сроками, установленными договором, но не позднее 75 рабочих дней…».
Однако и такая формулировка не будет отвечать не только экономическим реалиям, но и основополагающим нормам гражданского законодательства. Так, в соответствии с абзацем вторым части 2 ст.1 ГК РФ гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Ни одно из перечисленных в цитируемой норме ГК РФ оснований правоограничения не подходит под рассматриваемый случай. Следовательно, норма пункта 4 части 4 ст.9 Законопроекта противоречит абзацу второму части 2 ст.1 ГК РФ, а также части 3 ст.55 Конституции РФ.
В-третьих, норма части 5 ст.9 Законопроекта сформулирована алогично. Если законодательством Российской Федерации установлены правила в отношении договоров поставки (правила передачи документов, правила приёмки товаров), то они должны исполняться всеми поставщиками и оптовыми покупателями товаров.
Из этой нормы (части 5 ст.9 Законопроекта) буквально следует, что можно не применять правила передачи документов, правила приёмки товаров, установленные законодательно (в рамках договора поставки товаров). Следовательно, либо эта норма Законопроекта санкционирует нарушение действующего законодательства, либо эту норму в принципе применить невозможно. И то, и другое не соответствует правилам логики и юридической техники.
В связи с этим необходимо обратить внимание на то, что правила предоставления товаро-сопроводительных документов и правила приёмки товаров уже урегулированы частью 2 ст. 456, статьями 458, 463, 464-469, 474-484, 509, 513, 515, 617-519 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
При этом, в соответствии с частью 2 ст.456 ГК РФ, по общему правилу продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат, инструкцию по эксплуатации и т.п.). Помимо этого, данная норма ГК РФ содержит оговорку: «если иное не предусмотрено договором купли-продажи». Следовательно, эта норма ГК РФ содержит альтернативные правила: либо в соответствии с основным правилом, установленном непосредственно в части в ст.456 ГК РФ, либо в соответствии с иными правилами, установленными договором. Возможность регулирования указанных правоотношений (порядка передачи товаро-сопроводительных документов) иным законом, а также какими-либо другими нормативными правовыми актами данная норма ГК РФ не предусматривает.
В соответствии с абзацем вторым части 2 ст.3 ГК РФ нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать Гражданскому кодексу. В этой части норма части 5 ст.9 Законопроекта не соответствует ГК РФ, так как выходит за пределы перечня способов передачи товаро-сопроводительной документации, установленного в части 2 ст.456 ГК РФ.
В отношении определения способов (порядков) принятия товаров часть 2 ст.513 ГК РФ устанавливает следующие способы: договором, законом, иными правовыми актами или обычаями делового оборота.
Таким образом, рассматриваемая норма Законопроекта является бессмысленной, так как способы установления порядка передачи товаро-сопроводительных документов и установления порядка приёмки товара в Гражданском кодексе РФ исчерпывающе перечислены.
Таким образом, норма части 5 ст.9 Законопроекта не может быть применена без нарушения Гражданского кодекса РФ, так как последний содержит исчерпывающие способы установления порядков передачи товаро-сопроводительной документации и приёмки товара. Следует предположить, что комментируемая норма является «камуфляжем», скрывающим неотвратимость применения требований (ограничений), установленных в части 4 ст.9 Законопроекта.
В-четвёртых, эти нормы Законопроекта санкционируют неосновательное обогащение розничной торговли за счёт оптовых поставщиков и изготовителей продукции. Это противоречит духу гл. 60 ГК РФ (обязательства вследствие неосновательного обогащения). При этом часть 1 ст.1102 ГК РФ устанавливает, что основания сбережения имущества должны быть установлены законом, иными правовыми актами или сделкой. Данные нормы Законопроекта никаких «оснований» сбережения розничными продавцами имущества (денежных средств) изготовителей и оптовых поставщиков не устанавливают. Они санкционируют неосновательное сбережение без всяких оснований.
Установление предельного срока оплаты поставленной консервной, алкогольной и табачной продукции в 75 рабочих дней означает, что этот срок на практике будет гораздо большим - более 100 календарных дней с учётом выходных и праздничных дней, то есть составлять около одной трети продолжительности года. Таким образом, изготовители и оптовые продавцы табачной продукции будут, по существу, беспроцентно кредитовать розничную торговлю, обеспечивая пополнение её оборотных средств.
Учитывая сложившуюся рыночную конъюнктуру по консервной, алкогольной и табачной продукции – превышение предложения над спросом, розничные продавцы с вероятностью, равной достоверности, начнут предлагать в договорах поставки установление сроков оплаты поставляемой продукции в 75 рабочих дней. Это обусловлено тем, что при превышении предложения над спросом розничные продавцы в совокупности будут занимать доминирующее положение по отношению к своим рыночным контрагентам – поставщикам продукции. Данный Законопроект послужит, по существу, «пусковым механизмом» для единовременного осуществления таких действий. При этом лидерами в осуществлении этих действий выступят розничные торговые сетевые компании.
Антимонопольное ведомство не сможет применить к большинству розничных продавцов никаких мер антимонопольного реагирования (см. пункт 5 части 1 ст.11 Федерального закона «О защите конкуренции») в связи с выставлением в договорах дискриминационных условий по срокам оплаты поставленной продукции, так как доказать, что розничный продавец занимает более 20% розничного товарного рынка (табачной продукции, алкогольной продукции) практически невозможно (см. часть 2 ст.12 ФЗ «О защите конкуренции»). Исключение могут составить розничные продавцы, действующие монопольно в отдалённых малонаселённых пунктах, однако такие продавцы не определяют реальной экономической ситуации, сбывая небольшие объёмы соответствующей продукции.
10.9. Ограничения прав участников договора поставки в части установления предельных сроков оплаты поставленной продукции (абзац первый и пункт 1) части 6 ст.9 Законопроекта) не соответствуют основаниям, установленным в абзаце втором части 2 ст.1 ГК РФ, а также статье 34, части 3 ст.55 Конституции РФ.
10.10. Абзац второй части 7 ст.9 Законопроекта (абсолютный запрет обусловливания заключения договора поставки заключением «сопутствующих договоров» – о распространении рекламы, проведении маркетинговых исследований и пр.) не соответствует части 2 ст.12 Федерального закона «О защите конкуренции», которая допускает подобные соглашения, если доля каждого из участников такого соглашения на любом товарном рынке не превышает двадцать процентов.
10.11. Часть 2 ст.11 Законопроекта имеет признаки неконституционности, так как санкционирует незаконное вмешательство субъектов Федерации в полномочия органов местного самоуправления в части определения для последних порядка разработки и утверждения схем размещения торговых объектов. Это противоречит части 1 ст.130, части 1 ст.131, части 1 ст.132 Конституции Российской Федерации. Аналогичное замечание касается части 4 ст.12, частей 1, 6 ст.13, части 2 ст.19 Законопроекта.
10.12. Часть 2 ст.13 Законопроекта запрещает проведение ярмарок на розничных рынках и в стационарных объектах торговли. Такой запрет имеет признаки несоответствия абзацу второму части 2 ст.1 Гражданского кодекса РФ и части 3 ст.55 Конституции РФ.
10.13. Часть 1 ст.16 Законопроекта сформулирована неопределённо. Неясно, необходимо ли наличие обоих квалифицирующих признаков (оснований для ограничения в приобретении дополнительных торговых площадей хозяйствующими субъектами) – объёма товарооборота и региональной доли в реализации продовольственных товаров - или достаточно хотя бы одного. Это создаёт возможность для принятия органами государственной власти антиконкурентных актов, вопреки положениям части 1 ст.8, части 2 ст.34 Конституции РФ. Особенно эта проблема актуальная для малых населённых пунктов, где имеется только одно торговое предприятие.
Кроме того, неясно, почему это ограничение касается только «торговых сетей». Это ограничение – фиктивное, на практике его легко обойти. Например, если учредители организуют в разных регионах торговые предприятия с разными коммерческими обозначениями, то рынок можно будет монополизировать сколь угодно масштабно.
10.14. Статья 18 Законопроекта (техническое регулирование в сфере торговой деятельности) не соответствует сфере действия Федерального закона «О техническом регулировании», определённой в части 1 ст.1 этого Закона (с изменениями, внесёнными федеральным законом № 65-ФЗ от 01.05.2007). Технической регламентации подлежат продукция и непосредственно связанные с ней процессы её производства и обращения. Торговый процесс как самостоятельный комплекс действий не является предметом технической регламентации, в связи с чем данная статья из Законопроекта должна быть исключена.
Кроме того, данная статья Законопроекта, по существу, узаконивает обязательность применения национальных стандартов и сводов правил, что также не соответствует Федеральному закону «О техническом регулировании» (см., например, часть 3 ст.4, часть 3 ст.7 указанного Закона).
11. Прочие замечания
11.1. Часть 1 ст.19 Законопроекта (государственный и муниципальный контроль и надзор) содержит формальную отсылку на федеральное законодательство о защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. В связи с этим данная норма не только избыточна, но и вредна из-за отсутствия чёткого разделения полномочий контрольно-надзорных органов, а также из-за недопустимого вмешательства субъектов Федерации в деятельность органов местного самоуправления, санкционируемого данным Законопроектом. Такие правовые конструкции приводят на практике к неоправданному дублированию и параллелизму в деятельности контрольно-надзорных органов, а также создают почву для коррупции.
11.2. Статьи 20, 21 часть 1 ст.24 и др. Законопроекта не имеют правового содержания. Вопросы развития торговли на местах с участием региональных органов власти должны решаться в рамках соответствующего бюджетного планирования.
11.3. Не могут быть поддержаны положения ст.23 Законопроекта об «информационном обеспечении торговой деятельности», особенно касающиеся формирования «торговых реестров». Это - не обеспечение информацией торговой деятельности, а обеспечение ненужной работой федеральной и региональной бюрократии, сопровождающееся неоправданной тратой бюджетных средств.
11.4. Неясно, почему правовое регулирование выставочной деятельности отдаётся в ведение субъектов Российской Федерации (см. ст.23 Законопроекта). Вопросами выставочно-ярмарочной деятельности могут заниматься любые заинтересованные лица, в том числе федеральная и региональные торгово-промышленные палаты, имеющие собственные выставочные площади (соответствующие правоотношения урегулированы федеральным законодательством о торгово-промышленных палатах).
11.5. Ряд норм Законопроекта сформулирован с ошибками, свидетельствующими о непонимании его разработчиками презумпции гражданского права (разрешено всё то, что не запрещено), например, абзац пятый ст.2, части 2 и 3 ст.8, часть 3, абзац первый части 7 ст.9, ст.13, ст.14 Законопроекта.
Резюме
Анализ Законопроекта показывает, что ни одна из его норм в реальности не работает на цели развития торговли, особенно на поддержку малого и среднего предпринимательства.
Одновременно Законопроект не решает проблемы гласного, прозрачного распределения дефицитных объектов недвижимости (земельных участков, строений) для осуществления торговой деятельности в системе стационарных торговых объектов, в том числе крупных торговых предприятий. Торги за получение права на размещение торгового объекта предусмотрены только для нестационарного типа (см., например, пункт 2 части 2 ст.5 Законопроекта и др.). Это создаёт основу для дискриминации малого и среднего бизнеса в торговле и, по существу, узаконивает сговор крупного торгового бизнеса с региональными администрациями в части непрозрачного и внеконкурсного распределения объектов недвижимости.
Законопроект изобилует нормами, противоречащими Конституции РФ, гражданскому, другому действующему федеральному законодательству.
Законопроект содержит нормы, направленные на разрушение единого экономического пространства путём неконституционной передачи субъектам Федерации полномочий, находящихся в исключительном ведении Российской Федерации.
Государственное регулирование торговой деятельности, предложенное в Законопроекте, отличается фрагментарностью как в части способов регулирования, так и в части определения сферы этого регулирования, что создаст дополнительные трудности в осуществлении торговой деятельности.
Законопроект не способен решить проблемы создания реальной и эффективной конкуренции в отрасли и, как следствие, преодоления недобросовестной конкуренции, обеспечения снижения издержек обращения и цен на товары.
Законопроект содержит ненужные бюрократические процедуры, в том числе связанные со сбором большого количества информации, результаты обработки которой не найдут применения из-за быстрого её старения и отсутствия реальных управленческих функций в отношении торговли, особенно на федеральном уровне (за исключением, пожалуй, антимонопольного законодательства и законодательства о защите прав потребителей).
На основании изложенного Законопроект должен быть отклонён как концептуально и редакционно не проработанный.
Председатель
Комитета ТПП РФ
по вопросам регулирования
предпринимательской деятельности Н.Е.Фонарева
07 сентября 2009 г.
