|  | Объединяй и властвуй Елена Провоторова
Россию захватывает вторая волна слияний и поглощений. Интересно, что рост активности прогнозируется в том числе в розничной торговле, и в частности в продуктовом ритейле. Однако аналитики несколько переоценивают преимущества, которые сейчас способна дать покупка чужого бизнеса, а также возможности тех, кто мог бы взять на себя роль консолидирующего звена.
Мировая индустрия слияний и поглощений постепенно выходит из черной полосы. По данным Thomson Financial, в первой половине этого года объем объявленных M&A (общее название для сделок, подразумевающих передачу корпоративного контроля всех форм, включая покупку и обмен активами) достиг $861 млрд. Это самый высокий показатель с 2001 года. В списке лидирующих отраслей первые строчки занимают банковский и финансовый бизнес, фармацевтика, телекоммуникации и розничная торговля. Представители инвестиционных банков считают, что активность в ритейле будет нарастать. «Из-за высокой конкуренции в Европе, и особенно в Америке, маржа розничных операторов постоянно снижается. Это подталкивает сети к поиску способов минимизации издержек и объединению закупок, позволяющих получить от поставщиков более выгодные цены», – говорит управляющий директор инвестиционного фонда «Дельта Капитал» Кирилл Дмитриев.
По сравнению с мировым российский рынок M&A выглядит более чем скромно. Несмотря на это в PricewaterhouseCoopers его называют главной движущей силой в Центральной и Восточной Европе: в прошлом году на нашу страну пришлось 37% заключенных сделок. Разброс в оценках общей суммы сделок весьма значителен – прежде всего из-за невысокого уровня раскрытия информации – около 30%. Кроме того, как отмечает глава отдела финансового консультирования KPMG Михаил Царев, реальная сумма сделок занижается в среднем на 20-25%. Неудивительно, что в отчете PricewaterhouseCoopers фигурирует цифра в $23,7 млрд (в 2002 году – $7,4 млрд). Аналогичный показатель, по подсчетам KPMG, составляет $34 млрд.
Среди отраслей в России с солидным отрывом лидируют добывающая промышленность, энергетика, телекоммуникации, что типично для экономики развивающихся стран. Долю розничной и оптовой торговли в PricewaterhouseCoopers оценивают всего в 4%. Причем по сравнению с 2002 годом она не изменилась. По словам Кирилла Дмитриева, объем M&A в розничном секторе не превышает $1 млрд, а средняя сумма сделок составляет $20-30 млн. Руководитель департамента инвестиционно-банковских услуг ОФГ Илья Щербович также отмечает невысокую активность в ритейле как со стороны российских, так и со стороны иностранных инвесторов: «Мы надеемся, что ситуация изменится, хотя пока тенденция к консолидации четко прослеживается лишь среди аптечных сетей».
Особое положение аптечного бизнеса объясняется присутствием крупных игроков, которые научились неплохо ассимилировать чужой бизнес, а также небольших сетей, ненамного отстающих от лидеров в технологическом плане. Директор по корпоративным финансам «Аптечной сети 36,6» Андрей Сливченко полагает, что рынок увидит много сделок. «Дистрибуторский бизнес поделен, а вот в розничных продажах лекарственных препаратов борьба за доминирующие позиции и статус национального оператора только входит в активную стадию», – отмечает ведущий аналитик ЦМИ «Фармэксперт» Светлана Грудачева.
Для других розничных секторов в силу разных причин M&A вряд ли станет привычным инструментом развития.
Сделай сам
Меньше всего, вероятно, консолидация коснется розничных операторов бытовой техники и электроники. Сценарий объединения ведущих игроков маловероятен – вряд ли кто-то захочет продавать прибыльный бизнес, стоимость которого через полтора-два года еще больше вырастет. «Рынок на подъеме, а это не стимулирует к слияниям и поглощениям. Второй момент: крупные сети фактически конкурируют не между собой, а с оптовыми рынками, – говорит президент РАТЭК Александр Пляцевой. – Возможно, M&A будут использоваться столичными компаниями при выходе в регионы». Шансы у такого варианта тоже невелики: компаний, представляющих интерес даже в плане торговых площадей, на региональных рынках нет». По словам президента «М.видео» Александра Тынкована, локальные игроки, как правило, владеют магазинами, площадь которых в среднем составляет 200-300 кв. м. Стоит ли говорить об объединении, когда крупные сети предпочитают оперировать площадями от 1 тыс. кв. м. На руку продавцам бытовой электроники и то, что они могут не форсировать свое развитие, опасаясь прихода всесильных западных монстров. Александр Тынкован убежден, что в ближайшие два года рынок надежно защищен от появления иностранцев. «Основным барьером станет невозможность работать в России прозрачно, – отмечает Александр Пляцевой. – Работая «по-белому», иностранные сети неизбежно окажутся в минусе».
Что касается продуктового ритейла, то прогнозы о грядущих слияниях и поглощениях звучат все чаще. Недавняя сделка между REWE и компанией «Марта», воспринимающаяся как сигнал о начале процесса, вселила в авторов оптимистичных прогнозов еще большую уверенность. Однако этот пример вряд ли можно считать показательным. Об этом говорит формат сотрудничества – совместное предприятие, ограничивающее риски рамками данного проекта.
Представители продуктовых сетей называют M&A удобным инструментом для развития бизнеса и освоения новых рынков, но при этом приводят множество аргументов, почему время таких сделок еще не пришло.
Масса доводов «против»
«Я не вижу предпосылок для консолидации: конкуренция в российской рознице невелика, маржа операторов довольно высока, – говорит Кирилл Дмитриев. – Объединение начнется, когда крупные ритейлеры активно двинутся в регионы. Тогда местные сети будут поставлены перед выбором: разориться или стать частью другой компании. Но это произойдет не раньше чем через год-два».
Объективную неготовность рынка признают и сами операторы. «Сегодня есть явно неконкурентоспособные сети, главное преимущество которых – удачно расположенные магазины. Такие компании в потенциале представляют интерес для ведущих игроков, – считает генеральный директор сети «Патэрсон» Юрий Яковчик. – Но сначала рынок должен созреть». Основным показателем стадии созревания станет обострившаяся конкуренция. А пока даже отсталые операторы и одиночные магазины чувствуют себя вполне комфортно. «В Москве конкуренция в разы выше, чем в регионах, но даже здесь мы не ощущаем лобового столкновения. Поэтому владельцы бизнеса, все еще приносящего сверхприбыль, не видят оснований для его продажи», – отмечает финансовый директор ТД «Перекресток» Виталий Подольский.
Одновременно с рынком должны созреть и сами операторы. M&A – прерогатива продвинутых компаний, способных не столько выгодно приобрести актив, сколько максимально эффективно потом интегрировать его со своим бизнесом. Как свидетельствует мировая статистика, около 60% сделок не достигают желаемых целей: добавленная стоимость не создается, а затраты на юридическое и консультационное сопровождение проекта не окупаются. «Не случайно у инвестиционных банков есть продукты post merger integration, помогающие реализовать потенциал сделок, – говорит Кирилл Дмитриев. – Очень важно, чтобы в компаниях работали менеджеры, способные присмотреть интересный актив и координировать работу по сопровождению сделки. В российских сетях таких специалистов не хватает». Теоретически эту проблему можно решить с помощью профессиональных консультантов. Однако их услуги стоят отнюдь не дешево. «Выходом мог бы стать собственный поглощательный и интеграционный центр, – полагает Кирилл Дмитриев. – Когда процесс консолидации активизируется, такие центры обеспечат сети ощутимые преимущества». К их созданию не готовы пока даже самые крупные игроки. Например, продвинутому «Перекрестку», нынешний финансовый директор которого работал менеджером по слияниям и захватам в европейском подразделении Ford Motor, могло не хватить собственных ресурсов для осуществления сделки со Spar Middle Volga, если бы не помощь корпоративного центра «Альфа-групп».
Wal-Mart в миниатюре
Особенность продуктового ритейла в том, что представленные на нем компании различны по технологическому уровню. Из-за этого преимущества слияний на практике менее очевидны, чем может показаться на первый взгляд. Операторы отмечают, что к объединению сейчас стремятся в основном те, кто не представляет особого интереса. По словам Юрия Яковчика, в «Патэрсон» часто обращаются сети из разных регионов России. Среди них, как правило, компании с очень низкой ликвидностью, большими долгами и незначительными активами либо те, кто хочет получить за свой бизнес баснословно большие деньги. «Когда мы получаем предложения от возможных партнеров и начинаем оценку бизнеса, становится очевидно, что всех необходимо уволить и полностью изменить технологию работы, – говорит Виталий Подольский. – В год сеть «Перекресток» растет на 50-70%. Сможем ли мы расти быстрее после M&A? На сегодня мой ответ: «нет». На какое-то время развитие, наоборот, замедляется, поскольку интеграция требует много времени». В «Перекрестке» отмечают, что, внедрясь на региональные рынки, не встречают никакого противодействия со стороны локальных сетей, а также местных властей, рассчитывающих с приходом московских компаний обрести исправного налогоплательщика, поэтому считают слияния и поглощения на данном этапе целесообразными, только когда речь идет о вхождении на рынки, где лучшие торговые площади уже скуплены. К таким рынкам относятся Екатеринбург, Казань, Нижний Новгород. Правда, здесь возникает другая трудноразрешимая проблема – несовпадение в оценках стоимости бизнеса, поскольку многие местные сети видят себя этакой миниатюрной копией Wal-Mart.
«Год назад мы получили предложение о покупке от сети «Перекресток», – рассказывает вице-президент екатеринбургской сети супермаркетов «Кировский» Лев Ковпак. – Предложенная нам сумма была значительно ниже реальной стоимости». (О том, во сколько менеджмент «Кировского» (сеть состоит из 44 магазинов) оценивает свой бизнес, Лев Ковпак не сообщил). По его словам, в этом году сеть планирует начать работу в других регионах, в частности в Тюмени, Перми, Краснодарском крае. «Не исключено, что на отдельные рынки мы будем внедряться через покупку локального оператора, – говорит Лев Ковпак. – Хотя договориться будет непросто. К примеру, в одном регионе нам предложили приобрести несколько помещений по цене $1,4 за 1 кв. м. Это соответствует московскому уровню цен». В ряде случаев владельцы назначают высокие цены из-за нежелания продавать дело именно сейчас, надеясь через год или пару лет получить гораздо больше денег.
Помимо перечисленных проблем существуют и другие сдерживающие факторы, например с логистикой. По словам директора по развитию сети «Перекресток» Юрия Лосева, из-за недостаточно широкого логистического охвата интересы сети ограничиваются Европейской частью России. Еще одно внутреннее ограничение – управленческие ресурсы сети. Активно развивающиеся компании все острее ощущают нехватку профессиональных менеджеров среднего звена, прежде всего директоров. Магазины в регионах открывает команда столичных менеджеров, настраивающих рабочие процессы не один месяц. Примерно столько же времени занимает подготовка адекватной замены из числа местных управленцев.
Дождитесь банкротства
На европейском рынке в розничные компании активно инвестируют частные инвестиционные фонды. Особенно заметно это на примере Великобритании, где работает ряд сетей, рыночная стоимость которых из-за серьезных промахов руководства существенно снизилась. Такие компании – предмет особого интереса для фондов. Не исключено, что рано или поздно сегодняшние аутсайдеры обретут второе дыхание подобно Marks&Spenser, и тогда своевременно сделанные инвестиции в казалось бы бесперспективные компании обеспечат очень высокую доходность.
За всю новейшую историю российской розницы инвестиционные фонды вкладывали в продуктовые сети редко. Хотя результаты сотрудничества для первопроходцев можно признать очень неплохими. «Беркли Капитал Партнерс», представляющий интересы ЕБРР, зафиксировал доходность вложений в «Пятерочку» на уровне 400%. Много денег, по признанию его сотрудников, при выходе из розничных проектов заработал и «Дельта Капитал». В начале этого года фонд полностью продал принадлежащий ему пакет акций SPAR Middle Volga, а чуть позже часть пакета SPAR Retail, оставив себе 15% акций. Желания вновь инвестировать в продуктовые сети в ближайшие четыре-пять лет у «Дельта Капитал» нет. «Это требует больших долгосрочных инвестиций, – поясняет Кирилл Дмитриев. – Фондам интересно участие в отраслях, демонстрирующих взрывной рост. Сейчас к таким относятся медиабизнес, кредитные карты, поэтому мы купили долю канала СТС и участвуем в развитии «Дельта-банка». Мы не отказываемся от розничных проектов, но стараемся при этом найти наиболее интересные ниши. К примеру, недавно наш инвестиционный комитет одобрил проект вложения в российскую сеть одежды, название которой мы сообщим позже». Крупные иностранные фонды, располагающие огромными ресурсами, теоретически могли бы позволить себе длинные инвестиции. Однако, по словам Алексея Языкова, аналитика «АТОН», в рискованных проектах финансовые тяжеловесы предпочитают участвовать в Европе или Америке, где правила игры ясны, а политические и юридические риски значительно ниже.
Основную роль в росте числа M&A и консолидации продуктового ритейла в ближайшие годы, похоже, предстоит сыграть крупным российским сетям. По мнению Кирилла Дмитриева, вклада от иностранных сетей ожидать не стоит: «Я допускаю сотрудничество с российскими менеджерами, обладающими связями с властными структурами и способными посодействовать в выделении участков. Но в остальном гиганты мировой торговли будут действовать самостоятельно». Виталий Подольский убежден, что пока международным игрокам российский рынок неинтересен, а инвестиционную привлекательность розничного сектора он считает преувеличенной. Потому что на фоне Китая, Индии и других стран с быстро растущей экономикой Россия проигрывает из-за высокой зависимости от цен на нефть и экономической нестабильности». Схожего мнения придерживаются и в сети «Патэрсон», поскольку объем расходов населения на продукты не увеличивается, а растущие доходы съедает потребительское, ипотечное кредитование и оплата коммунальных услуг. С такими оценками не согласен Алексей Языков. По его словам, в перспективе российские сети дорастут до миллиардных оборотов, что делает их очень привлекательным для инвестиций, в том числе западных компаний. «Я бы не стал полностью отрицать возможность покупки отечественного оператора – входной билет на российский, и особенно столичный, рынок стоит достаточно дорого, хотя бы в плане аренды. Wal-Mart же приобрел в свое время британскую сеть Asda». Здесь стоит добавить, что в Великобритании существует четкое ограничение по введению новых площадей, поэтому особых вариантов у Wal-Mart не было. Но что касается арендных ставок, то, например, московский рынок занимает третье место по дороговизне ($3250 за кв. м в год) после Лондона ($7700) и Парижа ($7000).
Из всех крупных сетей наибольшую заинтересованность в M&A проявляет «Перекресток». В прошлом году сеть получила доступ к очень дешевым кредитным ресурсам и официально объявила о готовности рассматривать различные предложения по слияниям и стратегическим альянсам. «Интересные компании есть. Сейчас мы ведем переговоры с несколькими региональными сетями», – говорит Юрий Лосев. Одна из потенциальных сделок уже завершилась подписанием соглашения с сетью «Продмикс», владеющей восемью магазинами в столице, Балашихе, Красногорске, Одинцове. Тем не менее, Виталий Подольский считают, что в ближайшие 1-2 года крупных сделок в продуктовом ритейле не произойдет: «До тех пор пока не произойдет ни одного банкротства, стимулов к консолидации не будет». | | |
